около-Гибсоновское
Не только мы с happy_book_year читаем Гибсона. Посмотрите какая милая заглушка находится на домене Уинтермьют.ру (http://wintermute.ru/)
окололитературный бред
Не только мы с happy_book_year читаем Гибсона. Посмотрите какая милая заглушка находится на домене Уинтермьют.ру (http://wintermute.ru/)
Филип Дик. "Мечтают ли андроиды об искусственных овцах?"
А в другой яркий солнечный день лет пять после того, как я разминулся с «Гиперионом» я искал в крымском городе Феодосия книжный магазин. Странно сдвинутая в сторону от культурных центров этого населенного пункта гостиница, где мы с женой жили, а также то, что находился я в Феодосии третий только день и города не знал совсем, сильно сужали область возможного поиска. Но не иначе, как библиофильские инстинкты подсказали мне направление, и магазин был найден. Удивительно советский его интерьер (а был уже 1998-й) – полированные коричневые стеллажи и горки, механический кассовый аппарат и пожилые продавщицы идеально гармонировали с запахом книжной пыли и присутствующим в торговом зале ассортиментом пищи ума. Я уж было совсем впал в уныние, как в разделе букинистики наткнулся на красный томик в мягкой обложке. Ни имя автора, ни название не сказали мне тогда ничего, и купил я эту книжицу только из-за криво выполненного фрагмента картины Мунка «Крик» на задней обложке. О Мунке тогда я, кстати, тоже ничего не слышал. Но с этой обложки началось то, что я считаю своим личным подвижничеством в чтении – увлечение Филиппом Диком, коего в последствии я прочел почти всего, из того, что было переведено на русский. Книга, конечно же, была «Мечтают ли андроиды об искусственных овцах?».
...по крайней мере первые три книги серии "Dragonlance" (то бишь, по-русски "Саги о Копье") Уэйс/Хикмена для незабвенного издательства "Северо-Запад" переводила Мария Семенова (та что написала "Волкодава" и пр.) под псевдонимом Галя Трубицына.
Вступление.
Книги - они ведь как люди. Встречаешь их, плохих ли, хороших всегда случайно и кто-то западает в душу, резонирует в ней потом годами от случая к случаю, а кто-то пропадает без следов и воспоминаний. А моменты встреч с этими людьми или книгами вообще редко остаются в памяти, тем интереснее их потом вспоминать. Вот и попробую.
Выпуск первый.
Роджер Желязны. Роберт Шекли. "Трилогия рыжего демона"
Я отчетливо помню, как в яркий летний день стоял перед предметом мебели, безустанно оправдывающим порочную суть коммерции – книжным прилавком, и, тыча правой рукой в «Гиперион» Дэна Симмонса, а левой в трёхтомник про рыжего демона Желязны-Шекли, вопрошал человека по ту сторону, что мне оставить себе, а что – другим жертвам библиофилии. Человек-по-ту-сторону потер щетину, посмотрел на меня взглядом, полным глубокого понимания жанра и тоски по холодному пиву, и отдал свой голос за «Гиперион». Но дух юношеского противоречия заставил меня выбрать Шекли-Желязны, о чём я горько пожалел десять лет спустя. Но это совсем другая история.

Вражеские голоса доносят до нас удивительные вести. Оказывается, дом (той самой!) Агаты Кристи, в котором аж до 2005 года проживала её дочь со своим мужем, после смерти этой самой дочери (звали её, кстати, Розалинд Хикс) был передан учреждению под названием Britain’s National Trust и после продолжительной реставрации будет открыт для посетителей.
Под ссылкой про "удивительные вести" - невразумительные контакты для желающих приобщиться к быту великой писательницы.

Уильяму Гибсону, легендарному американо-канадскому писателю, отцу киберпанка, тонкому стилизатору, мощному романисту, предсказателю будущего, формирователю настоящего и блоггеру сегодня исполнился 61 год. С чем и поздравляю всю фанатскую общественность. Да, кстати, в его блог теперь ещё пишет и чуть менее легендарный, но все равно заслуженный Джек Вомак.
В результате очередной сетевой дискуссии, я, обиженный в лучших чувствах, принялся специально перечитывать «Москву - Петушки» Венедикта Ерофеева. Специально – потому что в ответ на мои неаргументированные и поэтому робкие заявления о поэтичности, душевности, лиричности и трагичности этой поэмы (а это поэма) великий русский писатель Венедикт Васильевич Ерофеев неизменно получал обвинения в матерщине.
Меня такие несправедливые упрёки огорчают почти до слёз. И я посчитал количество «ненормативных» выражений в поэме «Москва – Петушки».
Результаты подсчетов:
На 119 страниц (М, «Вагриус», 2000) текста употребляются:
по одному разу: пидор, сблевать, мудозвон, курва, пидорас, пиздить, говно, падла, ебало, хуево, срать, мандавошка, поблядую, засрали, уебал, хуй;
два раза: блевотина, поёбаный, разъебай, блядки;
три раза: мудак, блядь, блядовитость;
четыре раза: сука.
Итого: 37 (тридцать семь) употреблений на 119 страниц текста, то есть в среднем всего 1 (одно) неприличное слово на 3 (три) страницы.
Учитывая социальное положение героя поэмы, считаю, что показатель этот крайне низок, и понадобились эти слова Венедикту Васильевичу исключительно для иллюстрации этого положения и суровости окружающей героя среды. С чем, основываясь на жесткой статистике, я радостно машу ручкой людям, которые, во-первых, не видят за деревьями леса, а, во-вторых, норовят везде найти грязь.
Яндекс.Книги - отличный сервис, хоть и молодой ещё. Но косяки случаются. Вот, к примеру Дуглас Коупленд, по их мнению, недолго прожил :)
а, в отличие от отечественных книжных социалок, работает: 10 вопросов Дэну Симмонсу. И десять ответов, что характерно. Жаль только, что по-английски.
Нежно лелеемый текст|эксперт преподносит удивительные сюрпризы. Как вам ситуация, когда продвижением романа (в сети) занимается персонаж этого романа?